Армянское землетрясение

Примерное время чтения: 13 минут

В декабре на экраны выходит картина «Землетрясение» Сарика Андреасяна, посвященная трагическим событиям в Армении. 28 лет тому назад от мощного удара стихии пострадала почти половина территории страны, тысячи людей погибли, оказавшись в каменном плену разрушенных домов. Тогда эта беда без преувеличения сплотила весь мир. Помощь пострадавшим приходила не только из союзных республик, но и из других стран. Это было общее горе, одно на всех.

Это должен был быть обычный декабрьский день — середина рабочей недели, 7 декабря 1988 года. Люди с легким предновогодним настроением занимались своими делами, когда за 19 минут до полудня задрожали горы. Природе хватило всего 30 секунд, чтобы погрести под собой десятки тысяч человек, некоторые из которых так и не увидели больше солнечного света. По официальным данным, погибли 25 тыс. человек, около 140 тыс. пострадали, 514 тыс. человек лишились крыши над головой. Тогда Армении помогали всем миром — 111 стран. О трагических событиях тридцатилетней давности вместе с очевидцами событий вспоминали корреспонденты «Известий».

Такое впечатление, что, встряхнувшись на стыке Аравийской и Анатолийской плит, планета не может остановиться. После двух разрушительных землетрясений в Турции пошли сообщения о подземных толчках в других странах мира. Конечно, за минувшие 10 дней все мы стали больше интересоваться сейсмологией и следить за землетрясениями, возможно, замечая то, на что раньше не обращали внимания. С другой стороны, в тот же день, когда случилась беда в Турции и Сирии, в американском штате Нью-Йорк зафиксировали толчки магнитудой 3,8, каких там не было последние 40 лет.

Так, может быть, существует какая-то связь между этими событиями? Земля встряхнулась и никак не может успокоиться?

Подземные толчки после второго землетрясения в Турции ощутили в Ереване и городе Гюмри Ширакской области. Об этом в понедельник, 6 февраля, сообщает служба сейсмической защиты МВД Армении.

«Землетрясение ощущалось в городе Ереване магнитудой 3, в городе Гюмри силой 3–4 балла», — говорится в сообщении службы.

Данные о пострадавших и разрушениях не приводятся.

Ранее сообщалось, что подземные толчки ощутили жители Абхазии и Грузии. По рассказам очевидцев, в многоэтажных домах качаются люстры, трясется мебель и с характерным звуком дрожат стены.

Сейсмологи зафиксировали землетрясение магнитудой 7,7 неподалеку от турецкого города Газиантеп, расположенного рядом с сирийской границей, в понедельник в 04:17 по местному времени (совпадает с московским) на глубине 17,9 км. В Турции объявили самый высокий уровень угрозы. Экстренные службы переведены в режим повышенной готовности.

Позднее, около 13:30 мск, в центральной части Турции произошло повторное землетрясение магнитудой 7,7. Подземные толчки ощущались в Диярбакыре, Шанлыурфе, Анкаре и Адане.

По последним данным, число погибших в турецких городах увеличилось до 1014 человек, обрушились 2824 здания. В Сирии погибли 403 человека, еще 1284 пострадали.

В этот же день землетрясения произошли в Ираке и Ливане. Местные телеканалы показывают разрушенные здания, под завалами которых ищут выживших. В Италии после землетрясения объявили об опасности возникновения цунами. Жителям южных районов рекомендовали держаться подальше от прибрежных зон.

Президент России Владимир Путин выразил соболезнования президентам Турции и Сирии Реджепу Тайипу Эрдогану и Башару Асаду в связи с многочисленными жертвами и разрушениями. В Москве также предложили помощь в ликвидации последствий землетрясения.

Отголоски страшного дня

Землетрясение назвали по имени города Спитак. Именно здесь находился эпицентр, а магнитуда достигла 10 баллов по 12-балльной шкале. Город был разрушен практически полностью. Как заявили «Известиям» в мэрии Спитака, говорить о полном восстановлении нельзя до сих пор. Несмотря на 30 лет, прошедших с момента трагедии, в населенном пункте всё еще ведутся работы по устранению его последствий.

Армянский город Гюмри спустя 30 лет после Спитакского землетрясения

— Сейчас, 30 лет спустя осталось 430 семей, у которых нет дома. Они живут в вагончиках. Когда точно им дадут жилье — сказать не можем, наверное, никто не может, — сообщили «Известиям» в муниципалитете. — Уже неделю как к нам со всего мира прилетают люди, которые тогда откликнулись на зов помощи и сдали кровь. Позавчера приходили летчики, возившие тогда детей в больницы всего Союза. Спитак помнит всех, кто помогал. В честь стран, которые предоставили нам помощь, мы называем целые части города. В честь России назван район возле мэрии — Русакан.

«А там уж природа сама решает, как поступить»

Взглянем на Курилы и Камчатку, самый сейсмически активный регион нашей страны. 7 февраля (на следующий день после Турции) у Курильских островов произошло землетрясение магнитудой 5,8. 13 февраля случилось ещё одно, магнитудой 5,5. Эпицентр находился в 23 километрах от острова Симушир. Сотрудники Единой геофизической службы РАН оценили это землетрясение как интенсивное.

15 февраля тряхнуло у берегов Камчатки. В региональном управлении МЧС сообщили, что очаг был в 42 километрах северо-восточнее посёлка Усть-Камчатск. Магнитуда — 5,3.

«Что такое землетрясение? Это подвижка в недрах Земли одного блока относительно другого. В результате этой подвижки возникает упругая волна. Она распространяется во все стороны, претерпевая при этом преломления, отражения, затухания и пр. И теоретически — да, каждое новое землетрясение оказывает влияние на последующие сейсмические события. Вопрос в том, насколько оно велико, — рассуждает заведующий лабораторией сейсмической опасности Института физики Земли им. О. Ю. Шмидта РАН, доктор физико-математических наук Алексей Завьялов. — Чем сильнее было землетрясение, тем больше его влияние, тем сильнее добавка в напряжённые области земной коры. Пришла такая волна в сейсмически неустойчивую зону — и добавила толику энергии. Если там созрел очаг, может произойти землетрясение».

Учёный объясняет: любая волна имеет период и амплитуду. Чем дальше уходит она от своего источника, тем меньше становится амплитуда. И тем меньше энергии она несёт. Но какая-то энергия всё же сохраняется. «А там уж природа сама решает, как ей поступить», — добавляет сейсмолог.

Когда мужчины плакали

Для 28-летней девушки Карине Атанесян это был третий день работы в психоневрологическом диспансере города Ленинакан (ныне Гюмри. — «Известия»). Некоторое время назад она переквалифицировалась в психиатра и принимала своего первого пациента. В этот момент ее и застал подземный толчок.

— Мы выскочили из здания, прямо перед нами рушились многоэтажки, но я не слышала шума, было сужение сознания. Сразу после первого толчка я побежала к дому своей сестры, — вспоминает Карине. — Улицу, на которой она жила, было не узнать. По дороге я видела людей, покрытых кровью, лица в белой пыли. Деревья перегибались до земли, — это был второй толчок. Было ощущение, что это кино, декорации. Люди были в разорванных одеждах, кричали, просили помочь. В белой пыли и штукатурке я застала и свою сестру с двухлетним ребенком на руках. Они смогли выбраться из-под обломков. Я с трудом их узнала. Племянника — только по одежде.

Памятник жертвам Спитакского землетрясения на площади Свободы, Армения

Природная катастрофа тогда надломила многих жителей, потерявших своих любимых. Сильные духом люди давали слабину и не могли сдержать окутавшую их боль. Для некоторых, наоборот, время в один момент остановилось и происходившее вокруг уже не имело никакого значения.

— Самое душераздирающее для многих было слышать вой — не плач, а именно громкий вой мужчин, лежавших на груде камней собственных домов, под завалами которых были близкие. Помню женщину окаменевшую, совершенно не реагировавшую ни на что. Она стояла рядом с маленьким гробиком, а на улице было очень холодно, я просто вставила ей в рот таблетку. Их нам привезли врачи из института Склифосовского. В те же дни к нам в приемную одной больницы привели русского молодого солдатика, он сошел с ума от увиденного, не смог вынести.

Новая жизнь

Практически сразу после трагедии в пострадавших населенных пунктах началась операция по их восстановлению. 45 тысяч строителей из всех союзных республик выехали в районы бедствия. Уже 7 января в Ленинакане заложили первый дом, а в конце года его новые жильцы отпраздновали новоселье.

Конечно, резонно задать вопрос, почему землетрясение 1988 года стало таким разрушительным и уничтожило целые города. Ответ был простым: строительство в республике проходило с нарушением технологий, а качество используемых материалов было очень низким. Именно по этой причине стихия за считанные секунды оставила без крыши над головой свыше пятисот тысяч человек.

Землетрясение в Армении стало неким толчком для того, чтобы в республиках СССР появилась система предупреждения и ликвидации последствий различных ЧС. Раньше не было даже элементарного плана действий в экстремальных условиях. Многие руководители отдавали приказы интуитивно, так, например, начальник УВД Ленинакана Леван Галастян на свой страх и риск распорядился полностью перекрыть газ. Впоследствии стало ясно, что не перекрой он газ самовольно — город бы горел, а количество жертв возросло бы значительно.

Увы, человек часто забывает то, что забывать ни в коем случае нельзя. Если в первые годы после трагедии каждое 7 декабря страна скорбела о погибших, то со временем все сошло на нет. Сегодня новое поколение даже не знает о том, что произошло в далеком 1988 году.

Секунды, часы, дни

Маленького мальчика Галуста катастрофа застала за школьной партой. В третьем классе общеобразовательной школы № 10 города Ленинакан шел урок, когда стихия как карточный домик сложила учебное здание. Он вспоминает эти моменты обрывочно, настолько неожиданным и шокирующим было происходившее.

— Почти все мои воспоминания сохранились с момента, когда нас вытащили из-под завалов. Я пролежал под ними больше двух суток вместе со всем классом. Перед тем как нас завалило, я помню, как учительница побежала в нашу сторону в надежде заслонить часть моих одноклассников своим телом от падающих стен и потолка. Но ей не хватило считаных секунд. Мы все в один момент провалились вниз, и нас накрыло панельными плитами и строительными камнями. Я успел схватить за руку свою одноклассницу Тагуи. Все эти бесконечные два дня она была единственным человеком, присутствие которого я мог ощущать, — делится своей историей Галуст.

По воспоминаниям его сестры Лалы, вокруг школы беспрестанно, пока работали спасатели, стояли родственники погребенных заживо детей, теша себя призрачной надеждой на чудо. Мальчик, насколько хватало сил, не переставал звать на помощь, и в один момент, спустя уже двое суток, Лала услышала его слабый голос, прорвавшийся сквозь обломки здания.

— Помню момент, когда спасатель добрался до меня и начал тянуть вверх. Я и Тагуи всё это время держались за руки, но, когда Михаил, так звали спасателя, вытаскивал меня из завала, моя рука разжалась. Тагуи осталась там.

Спасатели продолжали работать до изнеможения. Прошло еще несколько часов. Им удалось искусно расколоть плиту, закрывавшую путь девочке на свободу. Конструкция не обрушилась, и Тагуи спасли.

— На тот момент она, как и я, не понимала, что происходит. Собравшиеся люди передавали нас по рукам в сторону палатки и костра. Там мы продолжали ждать, когда родные нас найдут и когда вытащат других одноклассников. Спасательные работы шли без остановок. Мы каждый день приходили вдвоем на это место в надежде дождаться оставшихся ребят и учительницу. Этого так и не произошло.

Галуст и Тагуи оказались единственными, кого смогли спасти из всего класса.

Послесловие

Город так и не удалось вернуть в первоначальный вид. Некоторые до сих пор живут в тех самых времянках. В память о страшных событиях на кладбище Спитака установили железную церковь, а в самом городе  — мемориал жертвам трагедии.

Фонарь, освещающий недра

«Так работает кумуляция — усиление энергетики упругой сейсмической волны, а в качестве усилителя выступает сама наша Земля. Мы назвали это эффектом сейсмического эха, — говорит Завьялов. — Понятно, что усиление волны может вызвать повторные толчки. Такое и происходит после сильных землетрясений в 40% случаев. Поэтому у нас была такая практическая рекомендация: через три часа после землетрясения спасателям и всем, кто там ведёт работы, надо их приостанавливать и быть готовыми к возможному афтершоку. Новый толчок может привести к новым разрушениям, обрушениям конструкций уже разрушенных зданий, где работают спасатели.

Как мы знаем, первое землетрясение в Турции 6 февраля случилось в 4:17 утра, а примерно через 9 часов было второе. Возможно, оно было вызвано третьим оборотом сейсмической волны вокруг Земли».

К сожалению, знание о том, что эффект сейсмического эха существует, не позволяет точно предсказать, где это эхо спровоцирует очередное землетрясение. Пока у учёных нет настолько детального представления о строении недр нашей планеты, чтобы можно было создать адекватные компьютерные модели. Но каждое новое землетрясение добавляет данных в копилку знаний, и когда-нибудь, возможно, подробные «карты подземелья» будут построены, и поведение сейсмических волн, результат их воздействия на земную кору станет более предсказуемым.

Однозначную связь между землетрясениями трудно установить. А ведь, помимо упругих волн, которые распространяются в земной коре очень быстро, есть ещё медленные деформационные волны. Они способны менять деформацию в области очага потенциального землетрясения. И это более отдалённые последствия произошедших землетрясений, которые тоже хотелось бы учитывать».

Поздравляли, если находили труп

По рассказам Римы Паноян, сотрудника Центральной детской библиотеки Тюмени, а в 1988 году 20-летней студентки, в тот день она с однокурсниками слушала лекцию в ереванском университете по теории вероятности. Внезапно здание затрясло. Никто не мог понять, в чем дело.

«Педагог нас не выпустила. Сказала, что еще 15 минут до окончания пары. Мы все вышли на улицу и увидели, как по стене здания пошла трещина. О трагедии даже никто не подозревал», — вспоминает Рима Геворговна.

Ближе к вечеру студенты пошли сдавать зачет. Преподаватель почему-то была очень грустная. Не стала никого спрашивать, молча поставила зачеты и всех отпустила.

«Тогда же не было интернета, новости не так быстро расходились. По радио и телевизору стали появляться сводки о землетрясении. Но о масштабах катастрофы никто не говорил. Я узнала, что город, в котором жила моя старшая сестра Силва – Ленинакан, пострадал. Он находился неподалеку от Спитака. Я сразу вместе с двоюродным братом поехала к ней, но с полпути наш автобус завернули обратно, гражданских не пускали», — говорит женщина.

По словам Римы Геворговны, ее все поздравляли, так как сестра осталась жива. Женщина спаслась чудом. В день катастрофы она отпросилась домой накрыть на стол для приехавших издалека родственников.

«Она работала на швейном заводе. Дом был рядом, и сестра прямо в тапочках вышла с работы. После землетрясения выбежала на улицу и увидела вместо фабрики пустое место, здание сравнялось с землей», — делится Рима.

Половина дома, где жила сестра Римы, уцелел. Дети, которые на тот момент были в школе, спаслись.

«Часть коллег моей сестры погибла, а часть осталась калеками. Силва с детьми поехала к нашим родителям, а муж, как и все мужчины, остался в городе ликвидировать последствия», — вспоминает наша героиня.

Сама Рима Геворговна говорит, что им, тогдашним студентам, предложили пожертвовать свои стипендии в помощь пострадавшим. Весь курс, не сговариваясь, несколько месяцев отдавал эти деньги. А часть комнат в общежитии была выделена пострадавшим под временное пристанище. Рима Геворговна помогала и как волонтер.

«Нас, как студентов, привлекали и в госпитали помогать медикам, они были, в основном, из России. Столько привезли искалеченных людей, маленьких деток. В основном, они лежали в реанимации. Без рук, без ног. Это было так ужасно! Я смогла там продежурить только одну ночь. Психологически не выдержала», — откровенничает Рима Геворговна.

Муж Силвы рассказывает, что у многих от горя разрывалось сердце, даже у мужчин. Над городом летали вертолеты, разбрасывая антишоковый порошок. А когда находили трупы, семьи радовались, потому что у кого-то даже останки не могли обнаружить.

«Нам говорили, что столько мертвых было, наверное, только в блокаду. Гробы друг на друга складывали. Не успевали хоронить. Кого-то просто в ковер заворачивали». – говорит женщина.

Как вспоминает Рима Геворговна, сестра с детьми вернулась в Ленинакан и до сих пор там живет с семьей. Когда жители немного опомнились от горя, стали улыбаться, а до этого столько слез выплакали.

Под завалами

Основной удар стихии пришелся на город Спитак, который оказался в эпицентре землетрясения, также пострадали Ленинакан, Кировакан, Степанаван и еще около 300 населенных пунктов. Очевидцы тех страшных событий рассказывали, что в первые секунды от сильных вертикальных толчков дома буквально подпрыгнули в воздух, а затем сложились в железобетонную груду, похоронив под собой всех, кто находился внутри. Те, кто в этот момент был на улице, с трудом могли стоять на ногах, земля тряслась. В панике многие толпились на открытых площадях и скверах, боясь быть заживо погребенными под руинами домов. Через 30 секунд, грохот разрушающихся зданий сменился тишиной, а в воздухе повисло огромное облако пыли.

Когда толчки закончились, кто-то не мог оправиться от шока, кто-то спешил домой, в надежде найти родных и близких. Но самостоятельно освободить людей из-под завалов не представлялось возможным. Нужна была помощь профессиональных спасателей. Увы, она пришла не сразу, ведь инфраструктура республики тоже сильно пострадала. А когда о случившимся объявили по телевидению, в Армению ринулось огромное количество желающих не только помочь, но и нажиться на чужом горе. В результате все дороги были забиты, что только усугубило положение. Полки гражданской обороны не могли пробиться к месту трагедии.

Тяжелее всего было тем, кто попал в каменный плен собственных домов. Некоторые люди по нескольку дней оставались абсолютно обездвиженными под завалами. Они не знали, что произошло и придет ли помощь. Историю Эммы Акопян и ее трехмесячной дочери Мариам знает весь мир. Женщина с ребенком провела под развалинами своего дома долгих семь дней и только чудом осталась в живых. Сначала она кормила дочь грудью, но когда молоко пропало, проколола палец, и в ход пошла материнская кровь. Из-под завалов Эмму доставали целых 6 часов. Но эта история со счастливым финалом — скорее исключение из правил, в большинстве случаев люди умирали, так и не дождавшись помощи.

«Дети рисовали гробы». Землетрясение в Армении в воспоминаниях очевидцев

Из книги «Армения, декабрь, 88». Изд. — Ереван, 1990 г. / / АиФ

7 декабря 1988 года в двенадцатом часу дня в Армении произошла большая трагедия. За считанные секунды мир буквально рухнул, разделив жизнь и историю страны на до и после. 10-бальное землетрясение в Спитаке, по официальным данным, унесло жизни 25 тысяч человек. Пострадали и города, которые были вблизи эпицентра — Ленинакан, Кировокан и множество сел. Со дня страшной катастрофы прошло уже больше 30 лет. Корреспондент tmn.aif.ru поговорила с очевидцами тех событий, которые чудом спаслись.

«Земля содрогнулась в полдень»

С таким заголовком вышли «Известия» 30 лет назад, корреспонденты которых одними из первых прибыли на место катастрофы. Вот выдержки из того репортажа.

8 декабря 1988 года. Разрушенный землетрясением дом в одном из сел близ города Спитак, Армянская ССР

Министр здравоохранения СССР академик Евгений Чазов в беседе с корреспондентами «Известий» признался тогда, что не знает с чем сравнить увиденное: «У меня за плечами Чернобыль, знаю, что такое Арзамас, но такого не видел. Масштабы просто катастрофические. Сравнимо разве что с Ташкентом».

Заместитель главы Красного Креста и Красного Полумесяца в СССР Алексей Тюляндин сообщил «Известиям», что в ту же ночь в Москве были организованы передвижные пункты по сбору донорской крови. Несмотря на позднее время, сотни москвичей откликнулись на призыв сдать кровь — на передвижные пункты пришли 829 добровольных доноров. Только в общежитии МВТУ им. Баумана сдали кровь 255 студентов, донорский пункт работал всю ночь.

Сострадание не знает границ

На трагедию в Армянской ССР откликнулась не просто вся страна. Новость вслед за волной, вызванной землетрясением, обошла всю землю. В зону катастрофы начали стекаться спасатели, врачи и просто неравнодушные люди, готовые хоть чем-то помочь.

10 января 1989 года. Члены делегации США во главе с заместителем лидера демократического большинства в палате представителей конгресса США Т. Куэло у разрушенного землетрясением элеватора в г. Спитаке, Армянская ССР

СССР впервые с 20-х годов XX века открыл границы для международных гуманитарных организаций и согласился принять помощь от иностранных государств. Среди них были и те, у кого отсутствовали дипотношения с Советским Союзом. Одним из первых откликнулся Израиль, с которым Москва после войны 1967 года разорвала все контакты.

Посол еврейского государства в Армении Эли Ерушалми в беседе с «Известиями» вспомнил те дни, когда его страна принимала историческое решение оказать помощь СССР.

— Один из пунктов политики Израиля — помогать странам, которые находятся в беде. Не важно, есть дипломатические отношения или нет, мы протягиваем руку помощи. Мы сразу же обратились к советским властям с предложением помочь и получить разрешение доставить наши самолеты с гуманитарным грузом в Армению. И Москва согласилась. Мы доставили в район землетрясения медикаменты, создали полевой госпиталь, прислали команду спасателей, которые разбирали развалы. Если задуматься, то решение СССР принять израильскую помощь можно расценивать как первый шаг к дальнейшей нормализации отношений между нашими странами (дипотношения между Россией и Израилем были восстановлены в 1991 году. — «Известия»).

11 декабря 1988 года. Генеральный секретарь ЦК КПСС, Председатель Президиума Верховного Совета СССР М.С. Горбачёв во время встречи с пострадавшими от землетрясения, Армянская ССР

На следующий день после катастрофы приходится важный праздник армянской церкви — День апостола Варфоломея — покровителя Армении. И будто бы сам святой показал, что не бросит эту землю в беде — 8 декабря с предложениями о помощи армянскому народу выступили 111 стран.

Ровно 30 лет назад, 7 декабря 1988 года, в Армении произошло Спитакское землетрясение — крупнейшее за всю историю сейсмологических наблюдений в регионе. Его жертвами стали 25 тыс. человек, еще около полумиллиона остались без крова. Сильнее всего пострадали оказавшийся в эпицентре город Спитак (он был практически стерт с лица земли) и второй по величине город Армении, Гюмри. Восстановить их до конца до сих пор так и не удалось. Как выглядит жизнь в них сегодня — в галерее «Известий»

В день землетрясения, 7 декабря 1988 года, Спитак был почти полностью разрушен всего за полминуты — на тот момент в нем жило около 16 тыс. человек

Восстановление города идет уже три десятилетия — процесс периодически приостанавливался из-за экономических и политических кризисов в стране, в том числе после распада СССР

Жительница Спитака, Анур Чинаян, держит в руках фотографию сына Оганеса, погибшего при землетрясении, — всего в городе тогда погибло около 4 тыс. человек

Еще от 14 тыс. до 17 тыс. человек погибли в Ленинакане — втором по величине городе Армении, который сегодня называется Гюмри. Он расположен в 44 км от Спитака и подземными толчками также был разрушен почти полностью

В нем, как и в Спитаке, до сих пор не удалось завершить восстановление, несмотря на помощь, которую оказывали Армянской ССР (в том числе сразу после трагедии) не только Россия и соседние республики, но и еще 111 стран мира, включая Великобританию, Францию и Израиль

Сегодня Гюмри, древний город, основанный еще до нашей эры, по большей части состоит из невысоких новостроек

Получить собственную квартиру с центральным отоплением удалось не всем — многие живут в частных домах или времянках, которые топят дровами (на фото — продажа дров на одной из улиц города)

Так выглядят дома в Гюмри, которые жители строили из подручных материалов

Житель Гюмри Фрунзе Акопян показывает фотографию племянниц — девочки погибли при землетрясении

Еще к 25-летию трагедии, в 2013 году, армянские СМИ посчитали, что на восстановление пострадавших регионов (помимо крупных городов, пострадали еще около 300 сел) за всё время было потрачено около $1 млрд. В Гюмри до сих пор существуют здания, построенные добровольцами еще в конце 1980-х. Например, бывший немецкий госпиталь, который сегодня функционирует как гостиница. Другие здания, наоборот, стоят заброшенными — как этот дом на фото

Землетрясение унесло не только человеческие жизни — тогда из строя было выведено около 40% всего промышленного потенциала Армении. Восстановить его стране так и не удалось. До катастрофы Гюмри был крупным промышленным центром, но сегодня часть предприятий по-прежнему лежит в руинах

В зоне риска — Крым, Кавказ и Южные Курилы

Несмотря на все сложности прогнозирования, специалисты-сейсмологи пытаются этим заниматься. После трагедии в Турции и Сирии главный научный сотрудник Института теории прогноза землетрясений и математической геофизики РАН Александр Горшков предупредил, что аналогичное событие может случиться в Крыму, ведь он входит в тот же сейсмический пояс.

«Крым, как и Турция, входит в Альпийско-Гималайский сейсмический пояс, и повторение подобного события в Крыму принципиально возможно, — рассказал он. — Мы для Крыма выделили несколько мест, где возможны землетрясения магнитудой больше 6, включая район Ялты, где было крымское землетрясение 1927 года».

Генеральный директор Международного центра глобального мониторинга сейсмического риска Самвел Акопян, выступая в пресс-центре НСН, обратил внимание, что в ближайшие годы землетрясения могут произойти на Кавказе у Каспия, а также на юге Курильских островов.

«Опасные зоны в ближайшие два-три года — это Тайвань, Калифорния в районе Лос-Анджелеса, — предупредил учёный. — В России самый сейсмоопасный регион — Камчатский, там могут происходить очень сильные землетрясения с магнитудой около 9. Вторая активная зона — Кавказ. Сегодня на Кавказе в прибрежной зоне Каспия на глубине 30-40 километров может произойти землетрясение с магнитудой 6,2. На Камчатке самая опасная зона — это стык Курило-Камчатской зоны и Алеутской, там идёт накопление напряжений, будет опасно в ближайшие два-три года. И опасная зона на юге Курильских островов».

По словам Акопяна, в Центре, который он возглавляет, разрабатывается новая технология прогнозирования. Она основана на сейсмической энтропии и позволяет визуализировать процесс подготовки землетрясения.

Палатка вместо школы

Григор Симонян 30 лет назад был обычным семилетним мальчиком из Ленинакана, учился в первом классе и думал, как после уроков вернется домой, где его ждет вкусный бабушкин матнакаш — армянский хлеб. Трагедию он застал будучи на школьной линейке.

— Моя школа состояла из двух зданий, сталинского и хрущевского периодов. Последнее полностью разрушилось, было много жертв. Мне повезло — во время первого толчка я был в другой части школы. Мы выбежали на улицу и стояли в смятении. Я помню, как родители рыскали по школьному двору, искали своих детей, учителя тоже искали учеников, своих коллег. Мы все стояли в школьной форме. Несмотря на холод, возвращаться обратно в здание никто не торопился.

Отец нашел Григора довольно быстро. По его воспоминаниям, день был промозглый и туманный — при мысли о трагедии все выжившие вспоминают именно туман.

— Мы с отцом побежали к тете, потому что у нее был старый дом, и он не был разрушен. По дороге я успел заметить, что от нашей улицы и от нашего дома практически ничего не осталось. На соседней улице я увидел, что здания, где работала мама, больше нет.

9 декабря 1988 года. Житель города Спитак пытается отыскать своих родных среди погибших, Армянская ССР

Папа Григора тоже участвовал в раскопках. По его словам, это было как ежедневная работа. Все мужчины в доме с утра поднимались, завтракали и шли искать выживших. Где-то через неделю они нашли под завалами тела бабушки и брата.

— Через несколько дней после землетрясения во дворе старого здания школы разбили палатки и возобновили обучение — несмотря на стоявшие холода мы снова учились. Было очень важно не терять семестр, чтобы в следующем году пойти во второй класс. Спустя два месяца мы уже сидели в обычной школе за привычными партами. Многие дети боялись заходить в старое здание школы из страха, что всё повторится. Думаю, я тоже боялся. Поэтому родственники отвели меня к психологу. Это была первая в моей жизни встреча с иностранцем — француженкой из «Врачей без границ». Она говорила на своем языке, а рядом сидела девушка, студентка с филологического факультета из Еревана, и переводила. Со временем я начал ценить то, что тогда сделали «Врачи без границ» всё больше и больше. И в итоге, можете считать это провидением, я сам стал врачом, главой миссии «Врачей без границ» на Украине.

Одно горе на всех

Пока большинство людей были охвачены горем и оплакивали погибших, мародеры спешили обогатиться. Они грабили сберегательные кассы и магазины, без зазрения совести присваивали себе чужие вещи. Не гнушались ничем: выдирали серьги прямо из ушей погибших, отрезали пальцы с кольцами. Чтобы прекратить этот произвол, на помощь пострадавшим пришли 20 тысяч военнослужащих.

Наряду с вопиющими случаями мародерства были и абсолютно противоположные истории. Так, в Ленинакане из колоний и тюрем выпустили родственников пострадавших и погибших, чтобы те помогали в раскопке завалов. Выпустили 250 человек — они вернулись через неделю, сбежал лишь один. Вскоре он был задержан.

Спустя два дня после трагедии в Армению прилетел генеральный секретарь ЦК КПСС Михаил Горбачев. Новость о землетрясении застала его во время официального визита в США. Горбачев экстренно вернулся в Союз, в Армению он прибыл вместе с женой. По признаниям очевидцев, увидев масштабы бедствия, Раиса Максимовна разрыдалась.

Особенно тяжелыми для Армении стали первые дни, количество погибших исчислялось тысячами. Ликвидацией последствий землетрясения занимались не только профессионалы, но и множество добровольцев. Эти люди работали сутками, практически без сна и отдыха, они теряли здоровье, а иногда просто сходили с ума, так и не сумев справиться с собственными эмоциями.

Помощь пострадавшей республике оказывал не только весь Союз, но и многие зарубежные страны. В Армению прибыли врачи и спасатели из Франции, Швейцарии, Великобритании, ФРГ, Америки. Гуманитарную поддержку оказали больше 100 государств. Казалось, что трагедия объединила весь мир. Однако развал СССР сломал планы по восстановлению разрушенных городов.

«Дети! Мои дети!»

Руководителю Тюменского центра армянской культуры им. Месропа Маштоца Рузанне Даниелян в 1988 году было 30 лет, она преподавала биологию и химию в спитакском филиале ереванского электромеханического техникума.

«Тот день врезался в мою память навсегда. Утром я проводила старшую дочь в школу, а по дороге на работу завезла сына к своей маме. Гаику был всего год с небольшим. В техникуме провела контрольную, проверяла тетради учеников в учительской вместе с коллегами, — вспоминает Рузанна Оганнесовна. — Вдруг услышали гул из-под земли и скрип потолка, который стал ходить ходуном, как деревянный ящик. Мне только запомнились огромные глаза заведующего нашего техникума. За 30 секунд потолок обрушился на нас. Я только потом узнала, что благодаря тому, что наше здание было невысоким и деревянным, нам легче было выбраться из-под завалов».

Выбраться из-под обломков ей помогли туфли, каблуками которых она пробила отверстие и смогла выйти наружу. В голове женщины была только одна мысль: «Дети! Мои дети!»

От города, где пару часов назад кипела жизнь, остались одни руины. Рузанна побежала к школе, где училась старшая дочь. Но вместо здания женщина увидела только крышу. Под завалами плакали и кричали дети, просили о помощи.

«Никогда не забуду этот плач. Снаружи в панике и ужасе находились взрослые, не зная, как помочь, как подобраться к ним сквозь тяжелые плиты», — говорит наша героиня.
У знакомых она узнала, что ее девочка спаслась.

Дочь Рузанны Оганнесовны позже рассказала родителям, что перед землетрясением ей стало плохо, она попросилась выйти. В этот момент ее волной выбросило на улицу. Она оказалась под двумя партами, как в домике, а сверху навалились бетонные обломки здания. Девочка выбралась и побежала к дому.

«Нашей семье, можно сказать, повезло. Мы чудом остались живы. Даже моя мама и младший сын не пострадали, хотя от ее дома мало что осталось. До сих пор не знаем, как она умудрилась спуститься со второго этажа вместе с ребенком. Гаика спасла железная кроватка, в которую его переложила бабушка перед землетрясением», — делится женщина.

«Мужу тоже повезло. Он отпросился с работы в стоматологию. Как только вышел от врача и сел в машину, почувствовал толчок и через пару минут увидел рухнувшее здание, где находился зубной кабинет», — говорит Рузанна Оганнесовна.

Женщина вспоминает, как дошла до дома, где ее уже ждала семья — рожители, муж, дети. Они были легко одеты, потому что не успели взять вещи, а на дворе стоял холодный декабрь. Никто не плакал, все были в оцепенении, но радовались, что живы. В этот же день муж нашей героини отправил ее вместе с детьми в Ереван к родным, а сам остался помогать остальным разгребать завалы, искать мертвых и живых. Позднее оказалось, что одна из племянниц Рузанны Оганнесовны погибла. Девочке было всего семь лет.

«В Ереване мы прожили полгода. Я не могла заставить себя вернуться в Спитак. Слишком тяжело. В начале многие подумали, что это война, но никак не землетрясение, хотя последствия оказались не менее масштабными. В моем коллективе погибло 27 человек. У мужа среди родственников не стало 12 человек, в школе, где училась дочь, из 700 учеников спаслось около ста. Никто из педагогов не выжил, кроме чителя физкультуры, который на тот момент был на соревнованиях. Когда он вернулся и все увидел, то прямо во дворе школы у него остановилось сердце», — с дрожью в голосе вспоминает женщина.

Спустя время Рузанна Оганнесовна все же нашла в себе силы вернуться назад. В Спитаке им дали временное жилье — строительный вагончик.

«Город долго восстанавливали, хоть и много было помощи из России и других стран. Представители международного Красного креста построили медпункт, зарубежные психологи работали с армянскими детьми, просили их рисовать рисунки, а они на бумаге выводили только гробы, кладбища и могилы своих близких», — говорит Рузанна.

В Спитаке семья Даниелян прожила около 4 лет, но поскольку бытовые условия были тяжелые, переехали в Россию.

«Мы каждый год вспоминаем 7 декабря, ходим в церковь, ставим свечи. Я езжу с семьей в Спитак, у нас там остались родственники. Никому не пожелаешь такого горя», — отмечает наша героиня.